Первая вахта

 
Свою первую поисковую экспедицию Василий Сергеевич, а тогда — просто Васька, запомнил. Впрочем, наверное все помнят свою первую экспедицию. В ней ты понимаешь — твоё это или нет. Случайных людей здесь не бывает. На некоторое время поисковые отряды из разных уголков страны становятся одной большой семьёй, которые делают одно общее ДЕЛО.
Это было много лет назад, и Васька мечтал в отпуске махнуть куда-нибудь, набраться новых впечатлений, хорошенько отдохнуть.
— Слышь, Васёк! — как-то подошёл к нему Игорь, друг детства, — у тебя машина большая, а у нас, такая незадача, вещей куча, выручай! Давай с нами, в экспедицию! Всё равно в отпуске.
Васька знал, что Игорь много лет занимается поисковыми работами, он с единомышленниками поднимает бойцов Красной армии из полей, болот, лесов. Те, кто «без вести пропали». Сам Васька как-то не увлекался этим, полагая, что это не нужно. Война прошла уже давно, зачем это? И потом, мыслимое дело — молодёжь, вместо того, чтобы купаться в тёплом море, загорать на пляжах, едут в непролазные чащобы, болотища, чтобы кормить комаров и клещей? Нет, это не его… Но Васька не мог отказать Игорю, который частенько тоже выручал друга.
— Когда ехать надо?
— Через три дня. Ну что, выручишь?
— А рыбалка там хотя бы есть?
— Ещё какая! И места обладенные!

… Не совсем так, вернее, совсем не так, представлял Васька лагерь поисковиков. По приезду все дружно обустраивались: ставили палатки, составляли планы работ. Васька поймал себя на мысли, что всё это напоминает муравейник — вроде и неразбериха, а в то же время — всё по порядку, без лишней суеты, слаженно, дружно. Но он был далёк от всего этого. Грела мысль, что помог товарищу и что это всё не надолго.
А ночи были холодные, было неудобно в палатке, одеколон «Гвоздика» что-то не помогал от комарья… Плюс ко всему — Васька в спешке забыл рыболовные снасти! Во невезуха! С этими мыслями, ворочаясь, и уснул.
Утро было недобрым: моросил противный дождь, ветер пронизывал до костей. Поисковики, получив задания от командиров, наспех поев, выдвигались на место.
Васька подошёл к Игорю :
— Вы сейчас на раскоп? С собой возьмёте?
— Конечно! Только учти, что нам некогда, работы валом, так что сам себя развлекай.
— А можно и мне? — Васька захотел быть чем-то полезным ребятам.
— Что?
— Ну… на раскоп… или как там… — Васька замешкался.
-Ааааа, — Игорь улыбнулся,- конечно! Но ты новичок, согласишься просеивать грунт? Работа грязная, нудная, но нужная. В песке и болотной жиже можно найти пуговицы, гильзы, другую важную мелочь. А если повезёт, то и медальон. Но это — большая удача....
— Я согласен! Только болотники надену и куртку!

Работать пришлось в поле, неподалёку от леса. Васька ничего не расспрашивал, не докучал вопросами. Сначала песок был сыпучим, ничего не нашли. Копнули глубже — яма стала наполняться водой, сделали водоотвод. Васька быстро втянулся в работу. По ходу слушал рассказы опытных поисковиков, что да как, «мотал на ус». Единственное — спина отваливалась, да руки закоченели от холода. Но Васька представлял себе, как бойцы здесь окапывались, сидели в такой же холодной жиже, без питания, со скудным боекомплектом, вели бой под миномётным обстрелом... Он-то вечером придёт в лагерь и согреется, а они… Они здесь полегли, чтобы он, Васька, и все люди жили....
Боль в спине улеглась. От размышлений и слов благодарности, произнесённых про себя для тех солдат, что потихоньку поднимали поисковики, и жижа не казалось такой уж холодной. Васька боялся ненароком не разглядеть той ценной мелочи, про которую говорил Игорь. Поначалу он путал полусгнившие веточки с костями, затем приноровился: кусочек ремня, пуговица, жижа, жижа, жижа.....
— Ребят! А это что? Какая-то гильза, что-ли....
В грязных мокрых перчатках Васька держал какую-то капсулку.
— Медальон! — эхом пронеслось над полем.
— Ну ты везунчик! — с восхищением и некоторой завистью произнёс кто-то.
Васька снял перчатки, стал вытирать платком медальон. Сердце почему-то бешено колотилось и откуда-то навернулись предательские слёзы.
— Не вздумай открывать! Юрьич придёт, откроет. А то были случаи, когда неумёхи пытались открыть медальон и " пиши- пропало", — сказал парнишка лет двенадцати. Это был сын одного из поисковиков.
Медальон Васька положил вновь в клубок разжиженной глины, как его научил парнишка и продолжил работу.
Вечером обнаруженный медальон отдали командиру Евгению Юрьевичу или просто Юрьичу. Все, затаив дыхание, ждали, когда откроется заветная капсулка...
— Только бы не пустой… — прошептал кто-то за спиной сосредоточенного Юрьича.
— Есть! — это уже произнёс Юрьич тихо , но торжественно.
Дальше для командира поисковиков было делом техники. Медальон аккуратно извлекли, расправили, прижав монетками. Всё было заполнено в «свитке жизни», как окрестил медальон Васька. Он не чувствовал себя героем, ведь героями были те, кого поднимают из года в год поисковики. А он и все эти ребята помогают вновь обрести имена без вести пропавших и тех, кто без медальонов, и похоронить со всеми почестями.
Следующим утром, проснувшись раньше обычного, Васька вышел из палатки. Недалеко сидел невесть откуда прилетевший журавль. И вроде ничего необычного, но птица смотрела прямо на него. Он понял, что это душа найденного бойца… Мистика? Выдумка? Васька не знал, но понял, что это так. Птица взметнула в высь, и ему послышалось, будто журавль прокурлыкал: " Нашли!.. Нашли!!.. Нашли!!!...."

… Две недели вахты пролетели быстро, Васька приловчился, стал разбираться в неких тонкостях поисковой работы. Кроме того, он подружился с интересными людьми, каждый, по — своему, уникален. На следующую вахту от твёрдо решил для себя, что непременно поедет! Не ставя цели найти медальон, хоть и этого тоже хотелось бы, но поднять ещё солдат, чтобы не прорастали они деревьями, не порастали осокой, чтобы на их косточках не возводили дорог, чтобы все были похоронены должным образом....

Приехав в город, Васька узнал от Игоря, что через военкомат разыскали жену считавшегося без вести пропавшего солдата.
— Поедем к ней, здесь недалеко. Сам вручишь медальон, — сказал он.

На пороге небольшого дома их ждала бабулька, перебирая подол фартука.
— Дорогие мои....Внучики!.. Нашли, нашли Стёпушку моего!...- она плакала, ещё что-то пришёптывала, не находя слов.
Маленькая комнатка быстро наполнилась людьми. Соседи прибежали посмотреть на тех, кто " Степана Марьпетровнина нашли".
— Ну ты что? Отдавай медальон! — Игорь подтолкнул Ваську .
В горле пересохло, а ноги стали ватными. Он, пока ехал к Марии Петровне, заготовил пламенную речь, а теперь от волнения не мог вымолвить и слова....
— Вот… Медальон Степана Ивановича, Вашего мужа, — он отдал на платке капсулу.
В комнате стало тихо. Кто-то, скрывая слёзы, вздыхал, кто-то плакал навзрыд, не стесняясь.
— А я знала, что найдут Стёпушку моего! Сон мне был. Пришёл он ко мне, в белой рубахе, улыбается.«Ну что, Мария, не зря ждала. Будет куда теперь на могилку ходить».
Она заплакала...
— Мне же вас и отблагодарить нечем... Детишков у нас не было… мы только поженились, а тут — война… Ни одного письмеца не было, ничего… А потом бумага была, что без вести пропал… А я надеялась, что, может, жив он, Стёпа-то мой, может, даже семью другую завёл, но жив… Ждала я его, всю жизнь. И замуж не выходила… Любила я его… сильно… — она плакала, глядя выцветшими глазами на Ваську. Сколько слёз пролито… сколько слёз...
А сколько таких женщин, что ждали и верили до последнего? И не жена, и не вдова… Ведь и ошибки были, и числившиеся погибшими приходили домой, спустя годы… И они ждали, надеялись на чудо....
— Спасибо! Да спасибо мало! Низкий поклон! — старушка в очередной раз согнулась, — дай Бог вам всего-всего! Я молиться за вас буду! За ваш труд, за вашу работу! — она снова заплакала.

… Потом было торжественное перезахоронение Степана Ивановича, снова слёзы, разговоры.
Перед отъездом к ребятам подошла соседка Марии Петровны, тётя Зина. Она принесла в дорогу пирогов. Было видно, что что-то хотела спросить, но стеснялась...
— Слышь, парень, — она дёрнула за ругав Ваську, — ты это… найди и моего Петра… он тоже… без вести… Найди, а? — тётя Зина заглядывала в глаза, — Я тут написала всё, что есть, все данные, — корявым почерком было написано на листке из школьной тетрадки.
— Я постараюсь… Мы постараемся, — глухим голосом, сдерживая слёзы, сказал Васька, убирая листок в карман.

… Уезжая, он обернулся. На пыльной дороге стояли Мария Петровна и тётя Зина. Одна кланялась беспрестанно, другая осеняла их крестным знамением....


Прошло много лет. Васька, а теперь — Василий Сергеевич, посвятил поисковому делу почти всё свободное время. Из новичка-никчёмыша он превратился в командира поискового отряда. И теперь, если кто-то нашёл медальон, зовут Василия Сергеевича, или просто - Сергеича, ибо он в этом деле — дока.
Истрепанный листок, данный годы назад тётей Зиной, он возит с собой как талисман и надеется найти медальон Петра.

 

Наталья Кузнецова

 


117
Нет комментариев. Ваш будет первым!