БИБЛИОТЕКА ПОИСКОВИКА

Авторизация
Войти с помощью

Под Серпуховым

19.12.1941

-Черт! А как все хорошо начиналось…
Герхард Штоль вспомнил, белокурую красавицу Марту в пригороде Варшавы, на левом берегу Вислы. Тогда он после ранения, был на постое в деревеньке Зобки. В течении шести дней они не расставались до его отъезда в отпуск, в родной Вюрцбург. По возвращению в полк, ему присвоили унтер-офицера.  Потом, опять Польша и ожидание приказа, под красное вино.
Мысли Герхарда прервал взрыв мины. Он вжался в маленький окопчик, с трудом выдолбленный в мерзлой земле. Хорошо, что не поленился, и сам стал копать укрытие. Вон, метрах в тридцати, лежит Отто Браун. Бедняга думал, что все обойдется первой атакой. Не обошлось. Мина разорвалась в пяти шагах. Его и хоронить не стали, только забросали снегом в той же воронке.
Русские пошли на очередной прорыв. Сдалась им эта лесная дорога, Всю усеяли трупами. Заработали пулеметы эсесовцев. Эти крепкие ребята были преданы их противотанковому взводу для укрепления духа. Какой к черту дух? Два дня назад, русские так ударили, что мы с трудом унесли ноги из соседней деревни, под идиотским названием, Остров. Полк отступал, а они остались для сдерживания.

20.07.2008

— Валерка! Это немец!
Моя лопата уперлась во что-то твердое, оголив потемневшую от времени и глины человеческую кость. Детектор сработал на подсумок с патронами. Потом, пошли пуговицы, остатки кожи, ткани и подкованных сапог.
С детства я собирал в этом месте грибы. Два дня назад, нашел здесь большое количество патронов, колышки от немецких палаток, две ременные пряжки и кучу всякой мелочи… А сейчас, вместо боровиков поднимаю своего первого бойца. Брезгливости нет. Скорей эйфория что делаешь, что-то полезное. Был человек и пропал, а ты его воскрешаешь… Валерка, активно заработал лопатой. Он первый раз вышел со мной в лес, и такая находка. Защелкал фотоаппарат, отображая весь процесс.  Через час оголился весь скелет. Человек покоился на небольшой глубине, распластав руки и подогнув ноги. Опознавательного жетона при нем, не было.

20.12.1941

  Опять посыпались мины. Грохот разрывов и свист осколков вызывал чувство страха. Душа, в полном смысле слова, уходила в пятки. Сырость пробивала шерстяные носки, и подкрепляло это чувство. Вода на дне окопа стала просачиваться сквозь сапоги.
 Еще неделю назад был лютый мороз, а сейчас вторая половина декабря и хлещет дождь с мокрым снегом! Герхард выбросил из окопчика развороченный осколком автомат. А ведь, сантиметра три правее, и его бы уже положили рядом с Отто и другими. Теперь от Брауна, только карабин и воспоминания.
Метрах в двадцати гулко грохнула мина. Взрывная волна прошла над укрытием, отбросив край плащ-палатки. Капли воды моментально охладили лицо. Поправлять ткань не было никакого желания, но пришлось.
— Господин унтер-офицер! Господин унтер-офицер!
 Ефрейтор Краух подполз к краю окопа.
— Я Вам патроны и гранаты поднес.
— Спасибо, Фридрих! У меня этого добра много. Хотя, неизвестно, сколько нам здесь еще торчать. Что говорит лейтенант?
— Пьет и вспоминает Польшу. Говорит…
Его слова перебила пулеметная очередь, сменившая взрывы. Русские пошли в очередную атаку. По лесу и полю пройти было невозможно, и они настойчиво перли по дороге. Шесть пулеметов делали свое черное дело, оставляя кровавые следы на снегу.
Ефрейтор быстро запрыгнул в свой окоп, находящийся в десяти метрах, вдоль дороги. Ствол его карабина периодически огрызался вспышками выстрелов.
— Интересно, куда он палит? – Герхард никого не мог увидеть. Дождь прекратился, и сквозь тучи пробилось яркое зимнее солнце. Снег отражал его лучи и слепил глаза. 
— Фридрих! Куда ты стреляешь?
— Так вон они! Смотрите! В метрах трехстах правее большой сосны белые бугорки!
Присмотревшись, Герхард заметил, что немного выделяемые белые пятна стреляют в их сторону. Прицелившись, он нажал на спусковой крючок. Он знал, что попал в цель. Это был не первый русский, которого он отправил на небо! В портмоне лежали трофеи, собранные от границы с Польшей.

12.08.2008

    Звук колокольчика свидетельствовал, что в земле цветной металл или что-то большое! Копнув на штык, я ничего не увидел, но звук повторился. В такие моменты часто всегда возникают мысли о ценных находках, а на деле, попадается кусок проволоки или медный осколок от снаряда.
На этом месте, мы уже десятый раз. Сегодня со мной, многоопытный Валерка и начинающий, но с большим энтузиазмом, Виталик. Мы вместе подняли уже четырех немцев и горы сопутки. Такое впечатление, что патронами просто кидались. Сотнями патронов…  Гильз от настрела было гораздо меньше.
Под отброшенным комком глинистой земли показался череп человека. Его голова была запрокинута и каска, на которую сработал металлоискатель, как бы опиралась на стенку окопа. Аккуратно убирая землю, Валерка стал расчищать останки немецкого солдата. На куске полиэтилена стали появляться кости и части амуниции. На горке выброшенной земли я заметил небольшой черный овал. Это был знак «за ранение».
— Ганс то, был опытный!
— Да уж… Смотри, он еще и мародерничал. – Валерка показал на ладони советские монеты и какой-то значок. 
— За передовую науку. МГУ- прочитал он.- Смотри! Наш немец был не совсем скромный!
Рядом с жетоном солдата, лежали два презерватива, перьевая ручка с клеймом в виде советской звезды, свечи, остатки записной книжки и фотокассета и несколько пустых бутылок…
Сохранность предметов удивляла. Такое впечатление, что их можно было применять по назначению, хоть сейчас!
-Автомат! – Валерка с осторожностью поднял со дна полусгнившую саперную лопатку, открывая вид на продолговатый предмет. – Вот гады! Это только рожок!- Автомата, не было.
Разбиравший находки Виталик прочитал надпись на пластиковой обложке записной книжки:
— Герхард Штоль!!!

…..

21.12.1941

   Яркая луна пробивалась сквозь туманную дымку, освещая как фонарем, заснеженные деревья.
— Герхард! Не хотите шампанского. Берег до победы, но думаю, не доживем. Представляете, с Парижа вожу с собой. В Варшаве пил какую то гадость, а эти пять бутылок сберег.
Голос лейтенанта Клозе был спокоен. Кажется, он смерился с любой участью.
— Я не возражаю.- Штоль, отсоединил кружку от фляги и протянул ее командиру. – Завтра русские займут Льгово и Гостешево, и мы окажемся в окружении.
— Бред! Москва в ста километрах, а мы пропадаем в этом лесу! Помнишь, что говорил майор, оставляя нас здесь? Ребята, не волнуйтесь, мы скоро к Вам присоединимся! Ага! Присоединятся… На небе! Если бы не эти… В соседнем окопе! — Лейтенант кивнул в сторону эсесовского укрытия. – Плюнул бы на все, и увел бы Вас всех с этой проклятой дороги. Не чокаясь, они выпили шипучий напиток! Герхард не любил шампанское. Да же в столице Франции он предпочитал красное вино, но Россия за полгода, его приучила к водке, самогонке и спирту.
— Сколько человек осталось?
Лейтенант уже не спрашивал, скольких они потеряли.
— Нас четырнадцать, и этих…- Герхард кивнул в сторону эсесовцев.  – Четверо! Странно, но противотанковые ружья  и минометы разбиты, а пулеметы все целы! Не дай бог, если завтра русские подгонят танки! Хотя…- Он задумался, на несколько секунд.- Нам мало что может помочь!

…..

10.09.2008

Я уже сбился со счета. Не могу вспомнить, который раз мы шерстим этот пяточек земли! Находки появляются по новой в тех местах, где уже проходили. Вчера на дороге, нашел кошелек. Точней, то что от него осталось, две душки и  царская медь. И это, среди огромного настрела.
— Димка! Кажись еще один!
Валерка с упорством золотоискателя копал землю, метрах в десяти от последнего немца, рядом с дорогой.
Подойдя к нему, я увидел небольшую кучку человеческих костей на черном пакете, остатки противогаза, русскую гранату и само собой, горку патронов.
— Два человека! И кажется, один наш!
— С чего ты взял?
— Смотри! Два черепа. Сапоги немецкие, а вещички вперемешку. Наши и гансовские.
Время не щадило никого! Скорее всего, тогда, в сорок первом, дошло до рукопашной. Так они и упали в окоп вдвоем, сцепившись в смертельной схватке. Возможно, и пуля для них была одна.

….

22.12.1941

  Очередную атаку русских они прозевали! Пулеметы заработали только тогда, когда тени в белых маскировочных халатах уже достигли первых окопов. Герхард увидел, как ефрейтор Краух отстреливаясь, выскочил из окопа. На него кинулся русский, и они сцепились в рукопашной! Справа заработал пулемет эсесовцев. Оба солдата, как подкошенные, упали в окоп Фридриха.
Штолю опять повезло. Если бы он не заснул в окопе лейтенанта, то наверняка, лежал бы сейчас, изрешеченный своими же пулями!
— Да сколько же их???
Казалось, что русские встают из мертвый. Чем больше их убивали, тем больше их становилось!
Вдруг, с правого фланга раздались взрывы гранат!
— Ну все! Гостешево взяли, и ринулись в нашу сторону! Герхард! Если эсесовцев грохнут раньше нас, не жди приказа. Забирай уцелевших, и уходите на запад! Нам все ра…..  Лейтенант не успел договорить. На его каске появилась рваная дырка, и струйка крови покатилась по его лицу. Он осел на дно окопа, так и не выпускаю недопитую бутылку шампанского, привезенного из Парижа на случай победы! Его глаза были открыты и выражали полное безразличие. Две бутылки он так и не успел распечатать…
Свист мины вывел Штоля из ступора. Он инстинктивно пригнулся, пропуская град осколков и взрывную волну над собой.

….

20.10.2008

    Начал накрапывать дождик. Не самое лучшее время для поиска, за то, не жарко и копать легче. В том, что это предстоит, я не сомневался.  Сигналы были отовсюду.  Отсекая железо, я не мог убрать огромное количество ненужного хлама: консервные банки, пробки от бутылок, болты и гайки, куски жести и арматуры, все попадалось на старой дороге.  Плюс еще, отражение от мокрой травы.  
Очередной звук колокольчика, обрадовал. Лопата мягко вошла в землю, оголяя корни деревьев и глину. Отбросив большой комок верхнего грунта, я провел над ним прибором. Колокольчик перерос в звуки перегрузки. Аккуратно разломив комок, я увидел алюминиевый квадратик солдатской пряжки. Приятная находка, порадовала.
 — Димон! Смотри, чего я нашел!
Валерка поднимал над головой искореженный ствол винтовки!

— Убитая
-Семь человек, и всего один с жетоном! И что нам дальше с ними делать?
— Давай рыть могилы. Делаем временное захоронение!
Как была права моя дочка, говоря о том, что папа опять идет на кладбище! Она то, вкладывала в эти слова поиск клада, не подозревая о правдивости смысла! В любом случае, мы выкопали их из забвения. Об этих семерых знаем мы, и будут знать все, кому удастся об этом рассказать! Пусть их никто не звал на нашу землю! Но у них были семьи. Родители, дети, жены! Они были солдатами, и выполняли приказ!

****

19.12.41 г. согласно приказа Командующего 49 А из состава 18 ТБР был назначен сильный танковый отряд с задачей: прорваться в глубину боевого порядка противника в район ТИНЬКОВО и не допустить отхода противника на сев-зап., зап. и юго-запад.
Отряд в 15.00 19.12.41 г. выступил по маршруту — ПОТЕТИНО, выс. 223,5, РАДЕНКИ, АУЛОВО, ТШЬКОВО — в составе: 2 танка КВ, 6 танков Т-34, 5 танков Т-60, усиленный 48 автоматчиками из МСПБ.

 

 

Выполнить эту операцию танковому отряду не удалось, так как противник всюду встречал танки ураганным огнем ПТор (до 10 ПТор) и огнем танков из засад.В результате все возрастающего сопротивления ПТО противника отряд, потеряв 2 танка КВ, 4 танка Т-34, все легкие танки решил пробиваться обратно в исходный р-н ПОТЕТИНО.
26-27.12.41 г. приказом Командующего 49 А бригада переводится в район ПЕТРИЩЕВО.

 

(Из отчет о боевых действиях 18 тбр. ЦАМО РФ. ф. 208, д. 1047, оп. 2511) В течение 20-22 декабря войска 49-й армии, выполняя приказ командующего армией от 19 декабря  № 018/оп , вели бои в следующих районах: 415-я стрелковая дивизия и два полка 60-й стрелковой дивизии оборонялись на рубеже разъезд Буриновский (3 км южнее Буринова), лес севернее Острова. 5-я гвардейская стрелковая дивизия выводилась в резерв армии, в район Салтыкове, Больсуново (оба пункта в 6-8 км севернее Тарусы). 194-я стрелковая дивизия по-прежнему вела безуспешный бой за Остров, Галчатовку (1 км южнее Острова). 133-я дивизия, 26-я и 30-я стрелковые бригады продолжали вести бой за овладение линией укрепленных пунктов Раденки, Льгово, Болтаногово. 34-я стрелковая бригада, выведенная из армейского резерва, вела бой в районе Лыткино, Хомяково. 238-я стрелковая дивизия переходила основными силами рубеж реки Таруса на участке Пименово, Лотрево (оба пункта в 10-12 км северо-западнее Петрищева), наступая в направлении Недельное. 173-я стрелковая дивизия после ночного боя к утру 23 декабря вышла в район Лобанова, Каменка, Максимово. 

(ЖУРНАЛ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ  5 гв сд ЦАМО, Ф1054 — оп 1 — д 68 — стр. 1-26)

 

***

«1 батальон 4 мотопехотного полка СС прибыл на самолетах из Кракова в Малоярославец. В результате этого дивизия должна получить в свое подчинение 1 батальон в количестве 600 человек.

 Первая часть 1 батальон 4 мотопехотного полка СС прибыла на командный пункт дивизии вечером 20.12.1941г., в количестве роты. Эти части направляются дальше под деревню Заворово в подчинение 480 пехотному полку.

21.12.1941 Рано утром снова начинаются удары разведки и атаки врага, поддержанного танками, напротив деревни Раденоки. Ночью были атаки на расположение 17 дивизии. В некоторых местах врагу удается вторгнуться в оборону. Что бы стабилизировать положение и в дальнейшем вернуть потерянный передний край обороны введен в бой последний резерв 470 пехотного полка, в количестве 45 человек. Положение 3 батальона 480 пехотного полка, которое должно было отойти с боем ранее, не может быть отодвинуто из-за сильных атак противника.

Старый передний край обороны, который существовал накануне, снова возвращен. Для этого дивизия ввела в бой 2 роту 4 мотопехотного полка СС. С  большими потерями (примерно 1\4 общей численности), в решительной, быстрой атаке рота взяла старый передний край обороны».

(Из журнала боевых действий 260 ПД)
 
 
 
Дмитрий Дериенко
0
336
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Народный комиссариат поисковых дел © 2018

Все права защищены и охраняются законом. При использовании материалов ссылка обязательна. Настоящий ресурс может содержать материалы 18+