В память о павших,

Во славу живых!

Авторизация
Войти с помощью
Популярное

Могилы. Святые. Рассуждения.

Двое людей, которых я очень уважаю, сказали мне, что то, что я пишу, для человека не подготовленного выглядит очень пафосно. Может быть. Просто то, что я пишу, приходит изнутри, из глубины, когда это рвется – мне очень трудно. Не хочется регулировать свои чувства, хочу, чтобы почувствовали все. Возможно, это заблуждение. Не знаю, но попробую просто порассуждать, обойдясь без эмоций, или немного их попридержать. 

природа

Тверская область. В двадцати километрах от города Зубцов, на берегу красивейшего Вазузского водохранилища, есть Красное поле, и рядом с ними Красный, или Тухлый овраг. Наверное, все поисковики знают это место. Когда-то в войну здесь была деревня Красное, ее после войны съело водохранилище, точнее, оно затопило землю и спрятало выжженный, растоптанный труп этой когда-то красивой русской деревни. А убила ее война. 

Овраг у деревни Красное местные жители долго называли Тухлым, потому что запах от разлагающихся солдатских тел не давал даже близко подойти к этому месту. Страшно, цинично? Может быть… Но, в первую очередь, больно. Больно потому, что погибшие остались не погребенными, а главное- страшно, что долгое время они были забыты. Потом вода спрятала под своей спокойной голубой гладью растерзанную деревню и тела, может быть, упокоив и души, но не убила память. Сотни поисковиков пришли на оставшуюся сухой околицу бывшей деревни и овраг. Сотни солдат обрели покой, десятки имен вернулись в семьи. 
Мы с ребятами из саранского отряда «Броня» нашли здесь Ивана Пантелеева. Трое пулеметчиков лежали в обнимку со своим пулеметом прямо у кромки воды в уже не видной, засыпанной траншее. Двое неизвестных и Иван! Неизвестных? Нет! Священник из Питера, протоиерей Вячеслав Харинов, сам нашедший и проводивший в последний путь тысячи солдат, сказал мне недавно: «Господь знает все имена, а мы должны помнить!» Ведь верно? Да, Он там знает их всех. Иван Пантелеев вернулся домой и лежит рядом со своей женой, а его друзья лежат со своими товарищами на воинском кладбище, совсем рядом с тем местом, где их нашли, и к ним тоже приходят люди. Много людей. Приходят те, кто не знает, где могилы их предков, просто чтоб поклонится им всем, приходят местные жители, чтобы постоять в тишине, приходят поисковики, чтобы проводить как положено тех, кто вернулся. Много людей. С каждым годом все больше. Почему? Я попробую объяснить. Так как это чувствую я. 

Напротив Красного поля, у дороги, под красивой большой сосной, есть одинокая могила. В ней похоронен танкист Андрей Гладышев. Красивое открытое лицо, чистая, даже в чем -то детская улыбка, лицо наивное и доброе. Только лихо сдвинутый на затылок танкистский шлем, с очками- консервами говорят о том, что это солдат. Его нашли тут же, на поле, у обломков танка КВ. Огромное, разбитое прямым попаданием снаряда ведущее колесо поисковики вмуровали в постамент у могилы.


Я часто приезжаю к нему, приезжаю и сижу у могилы. Нет, его нашел не я, у танкиста есть родственники, следящие за могилой, она всегда ухоженная и чистая, эта одинокая могила у дороги. Но он мой, он мой близкий, мой предок, он человек, который отдал за меня жизнь! Я останавливаюсь и подолгу сижу у его могилы. Смотрю на широкое нескошенное поле, на виднеющийся вдалеке лес, на глубокое небо над головой и благодарю его за все. За все, что он для меня сделал, подарив право видеть и любить эту красоту.

Сын Божий принял муки за всех людей и воскрес. А разве не меньшие муки приняли они, сгорая заживо в танках, разрываемые на куски снарядами и минами, заживо похороненные в заваленных блиндажах и траншеях? И не за всех, не за все человечество, а конкретно за НАС, за тех, кто живет на этой конкретной земле. За наше право жить и пользоваться этой красотой. Так значит, это наши святые, исконные. 

Зачем я сижу у этой могилы? Когда мне плохо, я прошу помощи, я обращаюсь к ним ко всем и ищу у них поддержки. Я осознаю, что им тогда, 70 лет назад, было в разы тяжелее, и они выдержали, справились, не отступили и победили. Мне становится легче, я чувствую, что тоже смогу выдержать и выстоять в своих, пусть и не таких сложных, жизненных ситуациях. Их память и сила, их жизни помогают мне в этом. А еще и, наверное, самое главное, мне стыдно быть хуже, слабее, мне стыдно перед ними и перед своими внуками. Я хочу, чтобы и внуки когда-нибудь обратились ко мне за помощью, за духовной помощью. Бред? Нет. Ведь недаром Сталин в самые тяжелые дни битвы под Москвой обращался к памяти Святых Александра Невского и Дмитрия Донского, к памяти воинов, уже когда — то, сотни лет назад, отстоявших Русь. Ведь непросто было руководителю страны, где основной религией был атеизм, во всеуслышанье вспомнить о Вере… А он вспомнил. Пусть не открыто, но вспомнил. Вспомнил именно о Святых Воинах. И солдат в мерзлом окопе у Волоколамска понял, что он не один, с ним память его предков и имена воинов, ушедших сотни лет назад, но оставшихся в Памяти народа навечно, благодаря своей смелости, силе и самопожертвованию. Ведь проще идти на верную смерть, понимая, что не зря, что, если будет жива страна, тебя будут помнить, и подвиг твой сохранится в Памяти потомков и, может, к тебе будут обращаться в тяжелые для себя минуты твои правнуки. И они шли. И выстояли. И победили! Теперь мы помним о них и обращаемся к ним в своих мыслях. И они нам помогают, ведь мы осознаём, насколько было трудно им совершить их Подвиг. Это осознание и дает мне возможность понять, насколько мелки мои проблемы, понять, что стыдно перед этими проблемами спасовать и сдуться, что надо, несмотря ни на что, идти вперед и не сдаваться. 

А смогут ли наши внуки и правнуки обратиться за помощью к нам? Будут ли им поводы гордиться нашей жизнью? Сможем ли мы укрепить их своим примером и Памятью о нас? И будет ли вообще жить эта Память? Решать нам с вами! Почему внуки и правнуки? Почему не дети? Потому, что дети — они рядом, они видят нас, им останется наша материальная составляющая. Они могут, каждый в своей степени, гордиться только тем, что мы их произвели на свет и вырастили. Но это не гордость, нет, это благодарность. Последующим поколениям нужно большее, им нужна духовная составляющая, свершения целого поколения, способное жить в веках. Есть ли у нас такие свершения? Есть ли возможность, как у наших дедов, жить в веках, помогая своим примером жить нашим потомкам? Подумайте!

 


Сергей Мачинский

 

137
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Народный комиссариат поисковых дел © 2018 

Все права защищены и охраняются законом. При использовании материалов ссылка обязательна. Настоящий ресурс может содержать материалы 18+